Руслан Ляпин (lrus1981) wrote,
Руслан Ляпин
lrus1981

О Донецко-Криворожской Республике

Оригинал взят у yadocent в О Донецко-Криворожской Республике

Революция 1917 года, сокрушившая многовековую монархию, резко ослабила центральную власть вообще, а провозглашенное большевиками «право наций на самоопределение» привело к цепной реакции возникновения ряда местных «незалежностей». Более 70 различных «республик» и «правительств» возникло на территории Российской империи, в том числе на Украине: Киевское национальное правительство Центральной Рады, Харьковское Советское правительство, Крымско-татарское правительство в Бахчисарае, Одесская Советская Республика, ССР Тавриды в Симферополе и, конечно, самая известная – Донецко–Криворожская Республика.

Идея автономии Донбасса, отмечая «без пяти» столетие своего существования, доказала этим свою жизнестойкость. Напомню, что 12 февраля мы будем отмечать уже 95 годовщину создания Донецкой Республики. Память о ней усилиями Киевских правительств долгое время, к сожалению, замалчивалась. В не столь давние времена некий президент Ющенко по случаю «Дня Злуки» вообще заявил, что «никаких Донецких республик никогда не было и не будет». Да и сегодня, если открыть современный украинский учебник истории, то про УНР там будет 40 страниц, про ЗУНР — 14, а о Донецко-Криворожской республике, обладавшей вооруженными силами бóльшими, чем армии УНР и ЗУНР вместе взятые, – в самом лучшем случае пару абзацев. Как будто этой республики не было. Но ведь она была! Со своим правительством, столицей в Харькове, а потом — в Луганске, и такими харизматичными лидерами, как товарищ Артем и Клим Ворошилов (будущий маршал и нарком обороны СССР). «Фигура умолчания» привела к тому, что история существования ДКР до сих пор облеплена различными политизированными мифами.

Несмотря на самозомбирующие выступления киевских правителей, 20 лет кряду твердящих как заклинание: «Україна єдина, єдина Україна!», надо честно и открыто признать: эта страна не является единой. Нет единой украинской политической нации, не существует объединяющей украинской идеи. Кстати, это не автор придумал, таково мнение уважаемого историка, вице-президента АНУ Петра Толочко. Напомним, что один из атрибутивных эпитетов Украины – «соборна». Так не называет себя ни одно государство в мире. «Соборна» значит «собранная», ибо Украина в современных границах собиралась по частям много веков подряд. Страна, собранная из таких разношерстных частей как Донбасс, Галичина, Крым, просто не может быть «единой», и следует признать этот факт как реальность. Признать и узаконить федеративное устройство государства – только так можно избежать развала. Это подтверждает и Руина XVII в. (гражданская война право- и левобережных казацких гетманов), и события 1917-1918 гг.

Напомним, что уже в начале революции на украинских землях стихийно сложилось «двоецентрие». Возникло два областных объединения Советов: Юго-Западный край объединял сельскохозяйственное украинское Правобережье и центр с Киевом, Донецко-Криворожская область – промышленный русскоязычный Юго-Восток, ядром которого был Донбасс, а столицей Харьков. Административная раздробленность Донецко-Криворожского промышленного узла между Харьковской, Екатеринославской губерниями и Областью Войска Донского волновала еще царское правительство, поэтому уже в первые дни после Февральской революции 1917 года Временное правительство 3 марта учредило особый Донецкий комитет, объединивший хозяйственное управление Донецким угольным и Криворожским рудным бассейнами, во главе с инженером М.Чернышовым. 15-17 марта в Бахмуте (Артемовск) состоялась 1 конференция Советов Донбасса, собравшая 132 делегата от 48 Советов региона. Был учрежден единый координационный орган – Информбюро во главе с бундовцем и созданы 6 районных объединений Советов. Побывавший тогда в Юзовке представитель Харьковского Совета «предложил организацию Областного Совета в Харькове в составе губерний: Харьковской, Херсонской, Таврической и Екатеринославской». Областная конференция большевиков Дон-Кривбасса, прошедшая 13-16 июля в Екатеринославе, определяя местопребывание обкома, раскололась почти пополам – за Харьков проголосовало 14, против 11, а 4 екатеринославских делегата отсутствовали. Центробюро ВРК Донбасса, а позднее Центроштаб Красной гвардии Донбасса располагались в Никитовке, затем в Юзовке, где выходила их газета «Донецкая правда».

А 25 апреля-6 мая в Харькове прошел уже 1 Съезд Советов Донецко-Криворожской области, учредивший объединенный Исполком и стройную систему райсоветов. Кстати, тезис о ДКР как «большевистской выдумке» неверен – руководство было вполне эсеро-меньшевистским, что отображало тогдашнюю политическую ситуацию преобладания этих умеренно-социалистических партий. Председателем Областного совета и Облисполкома стал эсер Лев Голубовский. В течение 1917 года прошло еще 2 съезда (6-12 октября и 9-11 декабря), окончательно оформившие структуру власти в Дон-Кривобласти.

Первая карта ДКР. Составлена автором в 1998 к 80-й годовщине Республики и широко разошлась в виде листовки Интердвижения.




Юго-Западный край провел только один областной съезд Советов, здесь власть сосредоточилась в руках Центральной Рады. Современные учебники старательно обходят этот факт, а ведь, выражаясь современным языком, ЦР была совершенно нелегитимной, самопровозглашенной организацией. Собрались в Киеве пара десятков украинцев-представителей студенческих, профсоюзных, культурных организаций и объявили себя Центральной Радой – единственным верховным органом власти в Малороссийских губерниях. Правда, летом прошло несколько украинских съездов – военный, селянский, рабочий, делегировавшие в ЦР своих представителей, делая ее более репрезентативной. Но все равно «перейти до представництва, вибраного загальним голосуванням, нам доля не судила»,- признавался сам глава ЦР – Грушевский с 50-гривенной купюры.

В отличие от киевлян, легитимность Харьковских областных съездов Советов никем не подвергается сомнению. Напомню также, что автономная власть ЦР по итогам летних переговоров с Временным правительством России ограничивалась 5 губерниями Центра и Запада (Киевская, Полтавская, Волынская, Подольская и половинка Черниговской). Ни Одесщина, ни Херсонщина, ни Таврия, ни, тем более Донбасс, ЦР не подчинялись, здесь была своя власть. Глава Дон-Кривобкома РСДРП (отдельного от Юго-Западного обкома) Артем уже в сентябре телеграфировал в ЦК о «фактическом декретировании республики Харьковской губернии».

Русифицированное население Юго-Востока прохладно относилось к националистической риторике Киева. Екатеринославская газета «Звезда», например, писала 1.12.1917, что население «на 70% состоит из украинских рабочих и солдат, в наивысшей степени равнодушных, а чаще прямо враждебных к национальным желаниям». Поэтому, когда после Октябрьской революции и свержения Временного правительства ЦР попыталась явочным порядком предъявить свои властные претензии на эти районы, Пленум Исполкома Советов Дон-Кривбасса 30.11.1917 единогласно отверг 3 Универсал ЦР как сепаратистский, разваливающий единство России и потребовал проведения референдума за оставление региона в составе Российской республики. Найденный автором в архиве текст Резолюции гласит: «Облком констатирует, что Универсал проникнут сепаратистскими стремлениями, грозящими экономическому единству России… Определение границ провозглашаемой им республики установлено без предварительно произведенного плебисцита. Облкомитет призывает пролетариат Дон–Кривбассейна: 1) требовать производства референдума по всей территории Дон–Кривбассейна; 2) в период, предшествующий референдуму, развить широкую агитацию за оставление всего Дон–Кривбассейна с Харьковом в составе Российской республики, с отнесением этой территории в особую, единую административно – самоуправляющуюся область».

За эту резолюцию единодушно голосовали эсер Голубовский, меньшевик Рубинштейн, бундовец Бэр, большевик Артем. Последний в своих выступлениях указывал, что Харьковское руководство «не разбивает ни единой республики, не покушается на национальные интересы Украины… мы хотим связаться со всей страной», ибо Дон-Кривбас хозяйственными отношениями связан гораздо крепче с промышленной Россией, чем с сельскохозяйственным Юго-Западным краем. Такая позиция была одобрена и Резолюцией Юзовского Совета рабочих и солдатских депутатов от 5 (18) декабря 1917: «3 Универсал в связи со всей практической политикой теперешних вождей Рады сводится к непризнанию правительства Советов, борьбе с Соввластью и насильственному – без предварительного опроса населения – навязыванию власти теперешней Киевской Рады населению местностей, не выбиравших Рады и протестующих против политики Рады. Юзовский Совет РиСД заявляет, что теперешняя Рада не заслуживает доверия трудовых рабочих и крестьянских масс, Совет протестует также против отдачи части Донецкого бассейна… его расчленение по какому-либо историческому или другому признакам недопустимо».


Наркомы ДКР: Артем и Борис Магидов. Из документов Донецкого архива, №108.

Следует отметить, что в наших краях власть была крепко в руках Советов, находившихся под контролем большевиков. ЦР могла опереться здесь только на украинизированные воинские части. Например «Луганську повітову раду» возглавил командир дислоцированного тут 25 запасного украинского полка Малашко. В архивных документах «рада» упоминается довольно часто как абсолютно безавторитетная организация, бесшумно распавшаяся вскоре после Октябрьской революции, а 25 полк большевики оперативно разагитировали и разоружили.

Пока Харьков оставался столицей советской Украинской Народной Республики, донецкие автономисты не претендовали на самостоятельность. Они поддержали прибывших из Киева депутатов 1 Всеукраинского Съезда Советов, сорванного националистами. Объединившись с депутатами 3 Областного съезда Дон-Кривобласти, провели в Харькове новый Всеукраинский съезд Советов, провозгласивший Советскую власть на Украине. 12 (25) декабря 1917 была принята специальная Резолюция «О Донецко-Криворожском бассейне»: «Съезд протестует против преступной империалистической политики руководства казацкой и украинской буржуазной республик, пытающихся поделить между собой Донецкий бассейн, и будет добиваться единства Донбасса в пределах Советской Республики».


Проект резолюции Скрыпника о создании ДКР

Но когда Центральная Рада 26 января 1918 позорно бежала из Киева под напором красногвардейцев и правительство Советской Украины переехало сюда, в Харькове собрался 4 Областной съезд Советов, который и провозгласил 12 февраля Донецко-Криворожскую Республику, занимавшую все Левобережье, а также Криворожский район и угольные округа Области Войска Донского. 14 февраля был сформирован Совнарком из 8 большевиков: Артем, Михаил Жаков (он же председатель Облкома ДКР), Виктор Филов, Степан Васильченко, Валерий Межлаук, Борис Магидов, М.Рухимович и представитель Луганска Абрам Каменский.


Первый состав СНК ДКР.

Реакция Москвы была противоречивой. 17 февраля председатель ВЦИК Я.М.Свердлов отбил телеграмму: «Отделение считаем вредным». А 18 февраля (3 марта) в Харьков пришло письмо за подписью секретаря ЦК РСДРП(б) Е.Стасовой: «Уважаемые товарищи! …Приветствуем вас за ту последовательную линию, которую вы провели при формировании СНК».

Однако ЦРада, уже фактически не контролировавшая даже собственную столицу Киев, 9 февраля подписала в Бресте договор с Австрией и Германией, призвав на Украину немецких «миротворцев». 450 000-ный оккупационный корпус австро-германских войск вторгся на территорию Украины. Понятно, что Петроградский Совнарком попытался использовать новорожденную ДКР как барьер на пути агрессии, ибо германское наступление поставило первым вопросом на повестку дня военный. 27 февраля СНК ДКР постановил приступить к полной мобилизации военных сил Республики, выпустив Декрет «Революция в опасности!». Центральный штаб Красной гвардии Донбасса был переименован в Центроштаб Красной Армии в Донбассе с расположением в Юзовке. 4 марта был создан Чрезвычайный штаб обороны ДКР во главе с военным наркомом М.Рухимовичем. Началась формирование добровольческих отрядов: в Луганске – 1 Социалистический отряд Ворошилова, в Юзовке – 1 пролетарский полк Никиты Хрущева. В Харькове из десятка броневиков была даже сформирована бронечасть ДКР во главе с А.Селявкиным.

Большим подспорьем стала прибывшая к Екатеринославу бывшая 8 армия Румынского фронта, которая в начале марта влилась в Донецкую армию. Командарм-8 Александр Геккер стал командующим Донецкой армией, численность которой составила более 7 тысяч человек. Другие «армии» южно-российских республик не идут ни в какое сравнение с Донецкой – 1 Одесская революционная армия насчитывала около 3 тыс. человек, 2-я после ухода сотни Котовского не дотягивает и до тысячи, 3-я в лучшие дни насчитывала 2,5 тыс.ч., но часть ее из Одессы эвакуировалась в Крым. Сравнима с Донецкой была лишь формально подчиненная советской УНР 5-я армия под командованием Рудольфа Сиверса, но она уже была значительно ослаблена боями. Всего в Украинских Красных Армиях насчитывалось около 25000 ч., поэтому они не смогли задержать железную поступь рейхсвера. Однако на Левобережье немецкое наступление сильно замедлилось: части Красной Армии Донбасса неоднократно контратаковали интервентов под Змиевом, у Купянска, под Родаково.

30 марта был утвержден план обороны Донбасса, предусматривавший создание 2 укрепрайонов – Юзовского, во главе с Д.Пономаревым и Ш.Грузманом, и Луганского, под руководством К.Ворошилова и А.Пархоменко. Разрозненные отряды были сведены в Красную Армию Донбасса, насчитывавшую в середине апреля 13 тысяч бойцов (командиры А.Геккер, потом П.Баранов). Красные ожесточенно сопротивлялись, неоднократно переходили в контратаки. 7 апреля под Змиевом, отступая из Харькова, разбили передовые отряды немцев. 16 апреля, перейдя в контратаку на Купянск, отбросили немцев и отбили станцию Берестовая, а в направлении Лозовой продвинулись на 60 верст, взяв станции Барвенково, Дмитровку, Гусаровку, Григорьевку, Банты и др. 26 апреля контратаковали у ст.Родаково. Если сравнить это с одной-единственной «битвой» войск УЦР под Крутами (и то проигранной) – выводы однозначны. Выступая в Харьковском Совете, Артем отмечал: «Весьма возможно, что успех, который немцы имели в начале наступления на Киев, на Украину, будет продолжаться. Однако они встретили огромное сопротивление на западе. Около двух дивизий завязли в своем стремительном шествии, когда дошли до пределов ДКР. Это понятно. Донецко-Криворожский бассейн – это не бесформенная страна, не бесформенное население… Как бы плохи не были наши отряды… степень быстроты продвижения немцев сейчас определяется в 50 раз меньше, чем тогда, когда было наступление на Петроград».

Организационно-хозяйственная деятельность правительства ДКР подробно анализировалась в работах В.Ревегука, В.Корнилова. Отметим, что стараниями наркомата просвещения ДКР (М.Жаков) было введено бесплатное образование для детей бедноты, открыты курсы ликбеза, разработана программа детских летних лагерей и даже открыто несколько украинских школ и гимназия в Харькове; наркомат юстиции (В.Филов) провел судебную реформу, введя единые формы судопроизводства; Южный облсовнархоз во главе с инженером В.Бажановым национализировал и объединил все предприятия региона в единый комплекс, добился даже роста производительности труда. Так что «державотворчі процеси» шли в ДКР не хуже, чем в УНР (сравнительная характеристика). Тем не менее, о последней исписаны сотни страниц в десятках современных учебников и книг, о ДКР же можно найти лишь скупые упоминания в учебниках, изданных в Донецке или Харькове.

Надо сказать, что в конце марта в правительстве ДКР разразился настоящий кризис. Руководители Киевского советского правительства Н.Скрыпник, Е.Бош, не желая упускать контроль над Донбассом, всячески пытались втянуть ДКР в сферу своего влияния. В частности, для этого был использован 2 Всеукраинский съезд советов, открывшийся 17 марта 1918 года в Екатеринославе. Перед угрозой германского наступления Съездом был провозглашен «Декрет военных действий», установивший «единство военных действий и руководства революционных вооруженных сил». Также принята Резолюция «О государственном устройстве», провозгласившая прекращение «федеративной связи Украины со всею Советской федерацией. Украинская Народная Республика становится самостоятельной Советской Республикой». Присутствие на съезде председателя СНК ДКР Артема истолковывается как его согласие на присоединение ДКР к Украине, а некоторые украинские историки категорически (и ошибочно) называют эту дату – 17 марта – концом существования ДКР. Однако на самом деле нет никаких документов о тогдашней «ликвидации» Республики.

Тем не менее, склонение Артема к подчинению Киеву, вызвало резкий демарш группы наркомов ДКР. 29 марта Жаков, Филов и Васильченко объявили о выходе из состава СНК. 2 апреля в газете «Известия Юга» вышла статья В.Филова «Кого судить?» в которой он весьма резко протестовал против подчинения ЦИК Украины и настаивал «Донецкая Республика входит автономной единицей в Российскую федеративную Республику». За это выступление решением обкома Филов был исключен из партии.

Освободившиеся места наркомов несколько позже заняли «луганчане» – представители местного СНК: Юрий Лутовинов, Иван Алексеев, Александр Червяков, Иван Якимович, Алексей Пузырев.

Напомним, что в Луганске еще с марта 1918 действовал свой областной Совнарком во главе с Юрием Лутовиновым. Когда 7 апреля под натиском германских войск правительство ДКР под руководством Артема эвакуировалось из Харькова, иного пути уже не оставалось. Прибыв под защиту отрядов Ворошилова, Артем провел быструю реорганизацию. 13 апреля в «Луганском Революционном вестнике» №11 появился список объединенного СНК: председатель и наркоминдел – Артем, финансов – Межлаук, военный – Рухимович, труда – Магидов, контроля – Каменский, продовольствия – Алексеев, комиссар по управлению – Якимович, юстиции – А.Червяков, просвещения – Истомин, земледелия – Ханзон (эсер), госпризрения – Молдавский, общественных имуществ – Пузырев, профсоюзов – Котов, почты и телеграфа – Осипович, управделами – А.Повзнер (меньшевик), зампредседателя, комиссар без портфеля – Ю.Лутовинов. На улице Даля (ранее Юного Спартака, до революции Английской) и сегодня находится дом №7 с мемориальной доской в честь работавшего здесь Луганского Совнаркома.


Дом Луганского СНК

Луганск как столица ДКР функционировал до 28 апреля, когда был взят немцами. Большевики ушли на восток, в Россию. Напомним еще один малоизвестный факт: за советскими властями ушло около 200 000 человек – донбасские рабочие с семьями, которые не желали оставаться под немецко-украинской оккупацией. Ушли на Восток, прогрызая путь к Царицыну через враждебные казачьи станицы белого Дона.

После восстановления Советской власти, 7 февраля 1919 была впервые создана отдельная Донецкая губерния в составе Бахмутского и Славяносербского уездов Екатеринославщины (председателем губисполкома стал Артем). В 1920 она была воссоздана в значительно выросших размерах за счет присоединения части Харьковской губернии (Старобельщина) и ОВД (Таганрог, Каменская, Гундоровская). Кстати, к этому приложил руку тогдашний председатель Украинской Трудовой Армии И.Сталин. Автономистские проявления в Донбассе, присоединенном все-таки к Украине, продолжались до середины 1920-х годов, как отмечает английский историк Т.Фридгут. Может, поэтому история ДКР была крайне непопулярным сюжетом в отечественной историографии. За весь советский период была защищена лишь одна кандидатская диссертация по ДКР – харьковским ученым В.Ревегуком в 1975.

Идея автономии вновь ожила в начале 1990-х, когда в условиях либерализации темой ДКР заинтересовались исследователи В.Шевченко, Дмитрий и Владимир Корниловы (Донецк), Валерий Снегирев, Николай Гончаренко (Луганск), а киевско-галицкий национализм опять начал раздражать интернациональную Донеччину (подробно об этом писала Татьяна Болбат). Однако в «незалежной» Украинской державе, тема опять была загнана под спуд. Но идею убить нельзя, она прорывается то в середине 1990-х в форме регионального экономического объединения Донецкой, Луганской, Днепропетровской и Запорожской областей, то в 2004 в форме проекта создания Юго-Восточной автономии, озвученного на знаменитом Северодонецком съезде. Активно публиковались по теме ДКР И.Попова, В.Даренский, Ю.Терин, В.Солдатенко, Ю.Федоровский, Олесь Бузина. Определенным прорывом стали первая в независимой Украине диссертация по ДКР днепропетровского военного историка О.Поплавского (2010), монография В.Корнилова «Донецко-Криворожская республика: расстрелянная мечта» (2011), сборник «Проблемы региональной идентичности Донбасса» (2011). Эти работы дают возможность читателям сформировать собственное мнение о сущности феномена «Отчаянной республики».

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments